Мобільний: 0679143065
Кошик порожній
Кошик товарів: 0

Пептидные технологии в косметике: тенденции и перспективы

Тийна Орасмяэ-Медер, Елена Эрнандес
helen.hernandez@cmjournal.ru
Об авторах:
Тийна Орасмяэ-Медер, врач-эксперт по косметической безопасности лаборатории IRIS Brand Vigilance. 
Врач-косметолог, практикующий в собственном центре эстетической косметологии Meder Formation во 
Франции. Создатель нескольких оригинальных методик массажа. Имеет продолжительную практику 
проведения бизнес-тренингов в известных СПА-центрах Японии, Франции, Канады, Англии, Китая и России
Елена Эрнандес, кандидат биологических наук, выпускница медико-биологического факультета 
Российского государственного медицинского университета. Главный редактор ИД «Косметика и 
медицина». Автор многочисленных публикаций на тему косметики и косметологии в российских и 
зарубежных изданиях. Автор и соавтор книг, среди которых «Новая косметология», «Липидный барьер 
кожи и косметические средства», «Борьба за волосы» и многие другие. Сфера профессиональных 
интересов: проницаемость кожи, диагностика кожи, косметические рецептуры.

Вступление
Космецевтика — слово, ставшее популярным в последние несколько лет. Космецевтические рецептуры, 
космецевтическая эффективность — что стоит за этими словами? 

Многие косметические бренды сегодня эксплуатируют этот привлекательный термин, называя свои препа-
раты «космецевтическими». По определению Альберта Клигмана, данного еще в 1980 году, к разряду космецев-
тических относят косметические препараты, обладающие фармацевтической эффективностью, реальной или за-
явленной. На фоне ежедневно появляющихся новых препаратов и процедур, предназначенных не только для 
домашнего ухода, но и для профессиональной работы, критерии космецевтической эффективности приобрета-
ют особенную важность.
«Приход» в косметику веществ, ранее использовавшихся в медицине, и внедрение биотехнологий в кос-
метическую химию заставляет нас пересмотреть свое отношение к косметологии — ее роли среди медицин-
ских дисциплин и возможностям. Для того чтобы косметолог, дерматолог или врач эстетической медицины мог 
составить свое мнение о предполагаемой эффективности препарата, недостаточно опираться на рекламные 
статьи или информацию, предоставленную производителем. Необходимо иметь представление об основных 
классах косметических ингредиентов, особенностях их действия, сочетаемости с другими веществами и пр.
Среди космецевтических агентов, разрешенных к использованию в косметических средствах, назовем сле-
дующие:

■ Витамины и их производные: витамин А (ретиноевая кислота), витамины гр. В (никотинамид, пантенол), витамин С (L-аскорбиновая кислота), витамин Е (α-токоферол), коэнзим Q10 (убихинон).
■ Антиоксиданты: низкомолекулярные (биофлавоноиды, витамины Е и С и т.д.) и ферментные (СОД).
■ Гидроксикислоты: α- и β-гидроксикислоты, полигидроксикислоты.
■ Факторы роста: эпидермальный фактор роста (ЭФР), кинетин.
■ Вещества с гормоноподобным действием: фитоэстрогены, прогестерон, ДГЭА.
■ Вещества белковой природы: свободные аминокислоты, гидролизаты структурных белков (коллаген, эластин, кератин), синтетические или природные пептиды.
■ Гликозаминогликаны: гиалуроновая кислота, хондроитинсульфат.
■ Природные экстракты: растительные, животные. Даже этот неполный перечень дает возможность сделать вывод о некоторых общих признаках, характерных для космецевтических агентов. Этими признаками являются:                  

■ небольшой размер молекулы (до 3000 Да) — непременное (но не единственное) условие для прохождения сквозь неповрежденные барьерные структуры рогового слоя                                                                                                 

■ известные фармакологические свойства при наружном использовании;

■ сходство (или идентичность) с веществами, участвующими в естественных метаболических или энергетических реакциях;
■ способность «встраиваться» в естественные процессы, протекающие в коже.

Витамины, гидроксикислоты, растительные ингредиенты давно вошли в практику косметолога, и особенности работы с препаратами, их содержащими, достаточно широко известны. Сегодня интересы ученых и врачей направлены в сторону веществ белковой природы с широким спектром терапевтической активности, непосредственным образом связанной с аминокислотным составом и молекулярным весом вещества. В данном обзоре мы собрали сведения о тех пептидах, которые уже прошли необходимые стадии проверки и представлены на косметическом рынке.

Низкомолекулярные пептиды как инструмент управления и регуляции 
жизни клеток и тканей

Особенно интересны низкомолекулярные пептиды, состоящие из 2–10 аминокислот. Это небольшие водорастворимые соединения, способные проходить даже через интактный роговой слой. Аминокислотная цепочка такого пептида может представлять собой фрагмент белка, присутствующего в организме, а может быть подобрана экспериментальным путем.

Несмотря на разнообразие «ответов» кожи, механизмы действия низкомолекулярных пептидов имеют много 
общего — как правило, они соединяются с клеточными рецепторами, которые воспринимают это как сигнал и 
отвечают определенными изменениями. Иногда вместо рецептора выступает другая мишень, например белок, 
который переходит в активную форму и запускает каскад реакций. Что бы то ни было — рецептор или другая 
мишень, их взаимодействие с пептидом происходит по принципу «ключ-замок».Сигнальные пути, с помощью которых клетки в естественных условиях общаются друг с другом и координируют свою жизнь в пределах органа, разнообразны, многоступенчаты и зачастую запутаны. Но некоторые из них довольно подробно изучены и уже сегодня «взяты на вооружение» практической медициной, представляя собой многообещающий инструмент для регулирования жизни отдельных клеток и клеточного сообщества в целом (в данном случае кожной ткани).
В большинстве своем пептиды — водорастворимые соединения, поэтому для лучшего проникновения сквозь 
кожный барьер их модифицируют гидрофобными группами, например прикрепляют жирную кислоту (часто это 
пальмитат) или ацетат. Такая сложная молекула, состоящая из белковой и липидной частей, называется липопеп-
тидом. В коже липидная часть «отрезается» ферментами, высвобождая пептидный фрагмент, который начинает 
действовать в соответствии со своей природой. Далее приведены некоторые примеры синтетических пептидов, которые можно встретить в составе современных косметических препаратов для ухода за кожей.  

Пептиды-стимуляторы синтеза компонентов межклеточного матрикса
Возрастные изменения кожи связаны в том числе с нарастающей деградацией межклеточного вещества дермы. С одной стороны, падает синтетическая активность фибробластов — клеток, производящих межклеточный матрикс, с другой стороны, активируются матричные металлопротеиназы (ММП) — ферменты, разрушающие межклеточный матрикс. Диспропорцию между синтезом и распадом можно «подправить» с помощью сигнальных пептидов-стимуляторов, запускающих в фибробластах синтетические процессы.

Концепция омоложения дермального матрикса физиологическим путем была навеяна открытиями, связанными с исследованием процессов заживления ран. Матрикины — небольшие пептидные фрагменты не более 20 аминокислот — образуются при ферментативном гидролизе структурных белков дермального матрикса (коллагена, эластина и фибронектина) на стадии естественного очищения раны перед тем, как она стала заживать. В ходе гидролиза высвобождаются водорастворимые пептидные фрагменты, которые по сути являются аутокринными и паракринными мессенджерами, регулирующими и запускающими определенную последовательность событий при заживлении . Среди матрикинов описаны гексапептид VGVAPG (высвобождается при гидролизе эластина под действием фермента эластаза), пентапептид KTTKS (фрагмент α1-проколлагена), трипептид GHK (фрагмент α2-цепи коллагена I типа), 
а также фрагменты тропоэластина и ламинина-5

Суть действия матрикинов в следующем: они сигнализируют фибробластам о распаде компонентов матрикса и взамен разрушенных белков фибробласты начинают синтезировать новые. Таким образом, контроль над состоянием межклеточного матрикса осуществляется по принципу обратной связи. Этот контрольный механизм работает не только в стрессовых условиях раны, но и в норме — ведь обновление    подразумевает ликвидацию старых,  изношенных структур и появление на их месте новых, функционально активных. Однако с возрастом эта система регуляции становится менее эффективной. 

Причин тому много, в том числе и гликирование структурных белков (спонтанная реакция с простыми сахарами 
и образование так называемых AGE-продуктов) — в таком состоянии белки плохо распознаются металлопротеина-
зами и накапливаются в матриксе, что тормозит обновление кожной ткани.
В свете этих данных возникла идея стимулирования фибробластов путем аппликации матрикинов на кожу. Но если «в пробирке» (in vitro) добавление матрикинов к клеткам быстро давало результаты, «в жизни» (in vivo) ответ был гораздо слабее по той причине, что водорастворимым матрикинам тяжело проходить через липидные структуры рогового слоя. В связи с этим белки модифицировали в липопротеины, присоединив к ним гидрофобную группу в виде жирной кислоты или ацетата. Синтетическими аналогами матрикинов являются: Matrixyl (INCI: Palmitoyl Pentapeptide-3), Biopeptide EL, Dermaxyl (INCI: Palmitoyl Oligopeptide), Biopeptide CL, Trylagen, Aldenine (INCI: Palmitoyl Tripeptide-1).
 Другой способ влияния на фибробласты реализован в пептиде Syn-Coll (INCI: Palmitoyl Tripeptide-5). В отличие 
от матрикинов, осуществляющих прямую стимуляцию клеток, Syn-Coll действует опосредованно — через тром-
боспондин I. Тромбоспондин I — многофункциональный протеин, активирующий латентную и биологически не-
активную форму трансформирующего фактора роста (TGFβ). Активированный TGFβ связывается с определенным фрагментом на молекуле тромбоспондина, состоящим из трех аминокислот, — Arg-Phe-Lys. Именно эта последовательность воспроизведена в молекуле Syn-Coll. Благодаря этому Syn-Coll способен имитировать действие 
тромбоспондина и активировать TGFβ, который приобретает способность стимулировать продукцию коллагена.

Усиление продукции коллагена еще недостаточно для реального качественного улучшения кожи — нельзя забывать и о структуре вновь синтезированных коллагеновых волокон, и их организации в коллагеново-эластиновый 
каркас, поддерживающий оптимальные механические свойства кожи. Коллагеновые волокна в молодой коже 
образованы определенным образом сгруппированными коллагеновыми фибриллами. Группировка этих фибрилл 
в волокна (фибриллогенез) инициируется и регулируется рядом компонентов, включающих небольшие протеогли-
каны — они связываются с коллагеновыми фибриллами и скрепляют их друг с другом. В семействе малых протео-
гликанов есть один — люмикан, участвующий и в синтезе коллагена, и в фибриллогенезе. Его выработка в коже с 
годами падает, и это коррелирует с потерей правильной организации коллагеновых волокон. Синтетический пеп-
тид Dermican (INCI: Acetyl Tetrapeptide-9) увеличивает продукцию этого протеогликана и опосредованно улучшает качество и организацию коллагенового каркаса.

Decorinyl (INCI: Tripeptide-10 Citrulline) — синтетический тетрапептид, повторяющий фрагмент белка декорина. В коже декорин вовлечен в процесс фибриллогенеза, контролируя диаметр коллагеновых волокон, а также участвует в регуляции клеточного роста через взаимодействие с фибронектином, тромбоспондином, ЭФР и TGFβ. Decorinyl имитирует действие декорина, что было доказано экспериментально. Для лучшего проникновения сквозь барьерные структуры декоринил включают в липосомальные системы доставки. 
 Возрастные изменения кожи происходят и на границе эпидермиса и дермы — дерматоэпидермальном соединении, постепенно ослабевающем. Причина тому — снижение продукции некоторых молекул, участвующих в построении дерматоэпидермальной границы, в том числе синдекана-1 и коллагена XVII типа. Синдекан-1 относится к семейству протеогликанов и вырабатывается в эпидермисе, коллаген XVII типа — основной белок хемидесмосом, обеспечивающих адгезию эпидермиса и дермы. Синтетический пептид SYNiorage (INCI: Palmitoyl Tripeptide-5) «ра-
ботает» на уровне эпидермиса, стимулируя базальные кератиноциты вырабатывать синдекан-1 и коллаген XVII типа 
и восстанавливая таким образом прочность кожной ткани.

 Ламинин — это гликопротеин с молекулярной массой порядка 850 кДа — присутствует в базальной мембране 
и состоит из трех длинных полипептидных цепей (α, β и γ), соединенных друг с другом дисульфидными связями. 
Клетки распознают ламинин с помощью рецепторов — интегринов. Этап распознавания необходим для миграции клеток. Гексапептид Serilesine (INCI: Hexapeptide-10) представляет собой фрагмент хемотаксического участка α-цепи, ответственного за «узнаваемость» ламинина клетками. В экспериментах было показано, что этот синтетический пептид имитирует функции ламинина-1 — облегчает клеточную адгезию и миграцию, улучшает процесс восстановления базальной мембраны, стимулирует синтез ламинина-5 и интегрина α6, активирует ангиогенез. Подобный спектр биологической активности предполагает и рекомендации по использованию: пептид включают в препараты восстанавливающего действия, предназначенные для поврежденной кожи.
 Пептиды, улучшающие качество межклеточного матрикса, так называемые ремоделирующие пептиды, — 
придают средствам по уходу за кожей новые свойства, а именно способность запускать обновление матрикса фи-
зиологическим путем, имитируя естественный механизм регуляции процессов распада/синтеза его компонентов. 
Сегодня их можно встретить в косметике, предназначенной для ухода за травмированной (например, после пи-
линга и мезотерапии), фотоповрежденной и увядающей кожей.      

Пептиды-стабилизаторы
Данная категория пептидов характеризуется общеукрепляющем действием на кожу, связанным с повышением 
ее собственного защитного потенциала. В конечном итоге это благоприятно сказывается на состоянии кожи, причем 
позитивные изменения происходят на разных уровнях и затрагивают разные структуры — начиная от барьера рого-
вого слоя и заканчивая дермальным матриксом.Одним из первых с этой целью стал использоваться 
медьсодержащий пептид Cu-GHK (INCI: Prezatide Copper Acetate). Это соединение присутствует в нашем организме в биологических жидкостях — плазме крови, слюне, моче. Оно характеризуется антиоксидантными свойствами и участвует в поддержании внутреннего гомеостаза. Cu-GHK можно рассматривать как депо ионов меди (II), которое необходимо для работы некоторых ферментов кожи, в том числе участвующих в процессах распада/синтеза компонентов межклеточного матрикса дермы. При местном использовании препаратов с Cu-GHK отмечается укрепление барьерных свойств кожи, купируется воспаление, улучшается «качество» ранозаживления, происходит постепенная реструктуризация дермального матрикса в сторону его более молодого состояния. Медь-содержащий пептид особо рекомендуется для включения в препараты, предназначенные для ухода за чувствительной кожей с ослабленными защитными свойствами, противовозрастные препараты, антистрессовые препараты (для кожи после травмирующих процедур, пребывания на солнце и т.п.).

Антирадикальные свойства проявляют и другие пептиды — Preventhelia (INCI: Diaminopropionoyl Tripeptide-33), Kollaren (INCI: Tripeptide-1). Они помогают коже бороться с окислительным стрессом и его последствиями, предотвращая перекисное окисление липидов и формирование сшивок между коллагеновыми волокнами. Особо рекомендуются для включения в средства по уходу за кожей после загара, для фотоповрежденной кожи.

Peptamide-6 (INCI: Hexapeptide-11) — пептид, выделенный из ферментированного лизата дрожжей Saccharomyces cerevisiae. Благотворное действие лизата на кожу известно давно, и в ходе исследований удалось выделить пептид, который, как оказалось, обладает множественной биологической активностью — усиливает синтетическую активность фибробластов, повышает местный иммунитет, улучшает процесс ороговевания. Установлено, что пептид воздействует на механизмы генной регуляции таких важных групп белков, как трансмембранные белки, факторы роста, матричные белки, белки, участвующие в липидном обмене, белки теплового шока.
Пептиды-стабилизаторы в целом улучшают состояние кожи. Они полезны и для интенсивного восстановительного ухода за поврежденной кожей (после травмы, УФ, стресса), и для профилактического ухода с целью поддержания гомеостаза и укрепления кожной ткани.
 

Пептиды-блокаторы мышечного сокращения

Мимические мышцы вносят существенный вклад в формирование морщин. В результате поисков безопасных альтернатив инъекциям ботулотоксина появилась особая категория косметических препаратов, ослабляющих интенсивность мимики. В роли активного начала в них выступают пептиды, способные блокировать передачу сигнала о сокращении с нервного окончания на мышечное волокно. По сути речь идет о параличе отдельных мышц, но только в гораздо более мягкой форме, нежели паралич, наступающий при действии паралитических ядов. 
Первым в списке «косметических аналогов ботокса» значится пептид Argireline (INCI: Acetyl Hexapeptide-3).
Появившись в начале 2000-х годов, он быстро завоевал популярность — сегодня его можно встретить в составе многих косметических средств, нацеленных на борьбу с мимическими морщинами [13, 14]. Шесть аминокислот аргирелина повторяют участок белка SNAP25, необходимого для связывания синаптического пузырька аксона с пресинаптической мембраной. В аксоне аргирелин конкурирует с белком SNAP25 и встраивается вместо него во временный белковый комплекс SNARE — этот комплекс формируется из нескольких мембранных белков непосредственно перед связыванием пузырька с мембраной и необходим для успешного экзоцитоза. Дефектный 
комплекс не может обеспечить необходимый контакт пу-зырька с мембраной, в результате не происходит выброса 
медиатора в синаптическую щель. А значит, мышца не получает сигнал о сокращении и продолжает находиться 
в расслабленном состоянии.

Следом появились другие пептиды, также препятствующие нейромышечной передаче, но иным образом. Пентапептид Leuphasyl (INCI: Pentapeptide-18) имитирует действие энкефалина — уменьшает возбуждение в нейроне, ингибируя поток ионов кальция через мембрану, и снижает Са2+-зависимый выброс медиатора.

На уровне постсинаптической мембраны «работают» сразу несколько пептидов (рис. 2) — Vialox (INCI: Pentapeptide-3), Syn-ake (INCI: Dipeptide Diaminobutyroyl Benzylamide Diacetate), Inyline (INCI: Acetyl Hexapeptide-25). Все они блокируют ацетилхолиновый рецептор AChR, который при связывании с медиатором (ацетил-холином) открывается — через это «окошко» внутрь мышечной клетки начинают поступать ионы натрия, необходимые для поляризации мембраны и запуска процесса сокращения. Несмотря на то что способы блокады ацетилхолинового рецептора у данных пептидов разные, результат один: закрытый рецептор — нет потока натрия — нет поляризации — нет  мышечного сокращения.

Следует помнить, что пептиды «с эффектом ботокса» эффективны лишь в случае мимических морщин, но бессильны против морщин, возникающих из-за структурного «ослабления» кожной ткани. Поэтому в современных косметических средствах «против морщин» их комбинируют с ремоделирующими пептидами, улучшающими качество дермального матрикса и биомеханические свойства кожи.

Пептиды-регуляторы процесса меланогенеза
Некоторые пептиды могут воздействовать на процесс меланогенеза, ослабляя или усиливая выработку пигмента под действием ультрафиолета. Естественным активатором меланогенеза в нашем организме является пептидный α-меланоцитстимулирующий гормон (α-МСГ), который, связываясь с рецептором MC1-R, запускает выработку пигмента. Его синтетические аналоги Melatime (INCI: Palmitoyl Tripeptide-30) и Melitane (INCI: Acetyl Hexapeptide-1) справляются с этой задачей не менее эффективно. Кроме того, эти пептиды снижают выработку медиаторов воспаления, таких как IL-1, IL-8, PGE, уменьшая УФ-индуцированную эритему. Эти пептиды полезны в косметике, предназначенной для подготовки кожи к интенсивным солнечным процедурам.
А вот пептид-биомиметик Melanostatine (INCI: Nonapeptide-1), наоборот, блокирует рецепторы к α-МСГ на меланоцитах и препятствует выработке пигмента. Это его свойство оказывается востребованным в препаратах для ухода за фотоповрежденной кожей и осветляющих составах.

Пептиды-иммуномодуляторы
При старении нарушается соотношение кожных цитокинов, в частности усиливается выброс провоспалительных цитокинов TNFα, IL-1, IL-6, IL-8, активирующих металлопротеиназы и усиливающих деградацию межклеточного матрикса.
Тетрапептид Rigin (INCI: Palmitoyl Tetrapeptide-3) представляет собой фрагмент иммуноглобулина IgG, вовле-
ченного в различные физиологические процессы, в том числе иммунные. Ригин подавляет секрецию IL-6 базальными кератиноцитами, восстанавливая цитокиновый баланс, ослабляя воспаление и улучшая качество кожи (действует, подобно «гормону молодости» ДГЭА). Ригин включают в препараты для возрастной кожи, фотоповрежденной кожи, а также в составы для ухода за кожей в области глаз.
Укрепляет кожный иммунитет и пептид Bodyfensine (INCI: Acetyl Dipeptide-3) — он стимулирует собственные защитные белки β-дефенсины, улучшая сопротивляемость кожи к микробиологической инвазии.

Пептиды-нейротрансмиттеры
Пептиды играют важную роль в нервной регуляции и сигнальном межклеточном взаимодействии. Синтетический дипептид Calmosensine (INCI: Acetyl Dipeptide-1 Cetyl Ester) состоит из аминокислот тирозина и аргинина. Дипептид Tyr-Arg присутствует в нашем организме: он стимулирует высвобождение нервными клетками мет-энкефалина — опиоидного нейромедиатора с аналгетической активностью. Клинические исследования показали, что при нанесении на кожу кальмосенсина притупляется чувствительность к раздражающим факторам окружающей среды (термическим, механическим и химическим воздействиям). Лабораторные эксперименты объяснили этот феномен: оказывается, что кальмосенсин стимулирует кератиноциты к выделению проопиомеланокортина — неактивного предшественника опиоидных медиаторов, который ферментативно расщепляется на эндорфины и энкефалины, подобно тому, как это происходит в головном мозге. Энкефалины действуют на температурные, болевые и механорецепторы, повышая порог их чувствительности к внешним воздействиям. 
Было обнаружено еще одно действие кальмосенсина — он ослабляет передачу сигнала с нервного окончания на 
мышцу, способствуя релаксации мышечного волокна.

Благодаря свойству улучшать субъективные ощущения, связанные с кожей, кальмосенсин называют «пептидом хорошего самочувствия». Он рекомендуется к использованию в косметике для чувствительной кожи, кожи с нарушенными барьерными свойствами, сухой и морщинистой кожи, а также в средствах после загара.

Пептиды, улучшающие микроциркуляцию и лимфоотток
Развитию отека способствуют потеря эластичности кожи, мышечная «слабость», нарушение микроциркуляции и проницаемости сосудистой стенки. Эта проблема часто возникает в области глаз — результатом становятся 
темные круги и одутловатость, с которыми трудно бороться. Разработано несколько ингредиентов пептидной при-
роды, применение которой улучшает состояние кожи вокруг глаз благодаря их противоотечному действию. Среди 
них отметим Eyeseryl (INCI: Acetyl Tetrapeptide-5), укрепляющий сосудистую стенку благодаря воздействию на про-
цесс формирования ее соединительнотканной части.

Пептидные комбинации — путь к созданию высокоэффективных косметических препаратов
Сочетание нескольких пептидов с разными свойствами и механизмами действия может существенно усилить косметический эффект. На рынке косметического сырья наряду с монопродуктами, в которых присутствует 
всего один пептид, имеются комплексные продукты, комбинирующие несколько пептидов с разным действием и/
или пептиды с другими активными ингредиентами. Разработчики готовых косметических рецептур обязательно 
должны знать о том, в каких «отношениях» находятся активные вещества — будет ли это синергизм или антагонизм, и при дизайне рецептуры исходить именно из этого.
Значительным преимуществом синтетических пептидов является их относительная стабильность в составе эмульсий и гелей, а также возможность регулировать их прохождение в кожу. Один из способов повысить и то, и другое — «пришить» к аминокислотной цепочке липидный «хвост»: липопротеин легче проходит сквозь барьерные структуры рогового слоя и удобнее вводится в рецептуру в процессе изготовления готового продукта.
Результат от использования пептидного препарата определяется не только его составом, но и тем, как он используется. Для получения максимального эффекта необходимо учесть ряд условий, которые можно свести 
к пяти основным моментам:
■ предварительное очищение кожи с интенсивным увлажнением рогового слоя с целью повысить его проницаемость;

■ кератолитическая эксфолиация для удаления ороговевших масс и облегчения прохождения пептидов и других активных ингредиентов сквозь барьер;
■ создание окклюзионного слоя, обеспечивающего длительное увлажнение за счет уменьшения трансэпидермальной потери воды — эта мера существенно облегчает диффузию активных агентов через липидный барьер рогового слоя;
■ активация микроциркуляции кожи для улучшения трофики и перфузии кожной ткани;
■ поддержание рабочей концентрации активного начала в течение всего курса коррекции путем топических 
аппликаций через равные промежутки времени.

Многие современные профессиональные космецевтические программы построены с учетом этих требований. А в качестве примера предлагаем читателям ознакомиться с препаратами и процедурами, разработанными швейцарской компанией Meder Beauty Science. В них широко используются синтетические пептиды, и каждый отдельно взятый препарат может служить наглядной иллюстрацией того, как выполняются на практике принципы «пептидного дизайна».

Физиологическая косметология и здоровый образ жизни
В заключение отметим, что мы находимся в самом начале развития направления физиологической косметологии. Физиологической — потому, что ее задачей является пробуждение собственных восстановительных и защитных сил кожи способом, наиболее близким к естественной системе регуляции. Если быть честными, то подобная философия не является абсолютно новой, и аналогия с традициями и подходами восточной медицины очевидна. Но сегодня физиологическая косметология выходит на совершенно иной уровень, поскольку опирается на прочную научную базу и использует современные технологии. «Пептидная» тема в ее современном исполнении отлично вписывается в наши новые представления о том, как нужно ухаживать за собой и беречь свое здоровье и красоту.

http://www.vallexm.ru/images/meder/kim.pdf

 

 

 

 

| Создай свой интернет-магазин бесплатно!